| luna71176 | Дата: Вторник, Вчера, 10:31 | Сообщение # 166 |
 Генерал-майор
Группа: Администраторы
Сообщений: 464
Статус: Offline
| Продолжение
Оказалось, что в этой дамбе “духами” были вырыты укрытия в виде нор, настолько замаскированные кустиками, что обнаружить их, не зная об их существовании, было довольно трудно. Высунется “дух” из этой своей норы, выстрелит, и снова прячется внутрь.
Мы передвигались вдоль этой дороги по очереди, стреляя и бросая гранаты в обнаруженные норы.
Из одной норы внезапно высунулся ствол, но Мока среагировал моментально, бросив туда гранату - спасибо брату за мою спасенную жизнь.
Когда мы добрались до края кишлака, огонь со стороны “духов” стал более плотным. Пришлось вызывать авиацию.
Прибежал прапорщик-связист и сказал, что скоро начнут долбить по “духам”, он уже передал координаты.
Топограф же предложил пойти проверить те норы, в которых прятались душманы, вдруг у кого-нибудь из них обнаружится гранатомет, за который в то время можно было получить орден.
Я сказал офицеру, что лазить и искать там что-то бессмысленно, поскольку каждый туда бросил по гранате: “В норы лезть не будем, давайте попробуем закрепиться здесь”.
Но закрепиться не удалось, нас начали здорово прижимать огнем, и мной было принято решение об отходе.
Тут послышался шум, это шли “вертушки” с НУРСами. Мы обозначили себя оранжевым дымом, но вертолетчики, не обращая на него внимания, начали лупить чуть ли не рядом с нами. “Вертушки” делали заход один за другим, а мы, чтобы не попасть под обстрел, скатились в арык. Затем вертолеты перенесли свой огонь вперед, ну а нам была дана команда уйти с этого места.
Мы сначала отошли поближе к своим, а затем еще раз отправились в тот квадрат, где уже побывали, чтобы произвести небольшое прочесывание.
В стороне укрепрайона слышалась ожесточенная стрельба, но нас туда уже не отправили.
Как впоследствии говорили офицеры, наша попытка полностью захватить укрепрайон потерпела фиаско из-за того, что кроме нашей бригады в бой были введены регулярные части афганской армии.
Афганцы оттуда удрали, и наше командование решило, что раз уж это самим афганцам не нужно, то нам тем более.
- Раненых в вашей группе больше не было?
- Нет, ранен был лишь один Пикуль. После получения ранения его не сразу эвакуировали “вертушкой”, а лишь спустя несколько часов.
Возвратившись в бригаду спустя три дня, мы поехали к нему в госпиталь, где он еще находился, и немного с ним пообщались, пока он был на обезболивающих.
Пуля, попавшая в Николая, угодила в позвоночники выбила ему один позвонок, отчего у него полностью отказала нижняя часть туловища. Через день или два после нашего визита к нему, Николая Пикуля увезли в Союз. Этот парень был то ли молдаванином, то ли гуцулом. Он хоть и был маленького роста, но физически был довольно крепким. Перед армией они с братом работали, выступая в цирке. При этом Пикуль был хромым, у него одна нога была короче другой, и мы удивлялись, как хромого человека вообще взяли в армию.
Про эту операцию наш бригадный офицер-топограф, который работал вместе с нами, написал книгу.
А меня, как объявили в бригаде, представили к награждению орденом Красного Знамени.
Но по итогу, вместо Красного Знамени пришла Красная Звезда.
Продолжение следует
Равнодушие страшнее войны
|
| |
|
|
| luna71176 | Дата: Вторник, Вчера, 10:45 | Сообщение # 167 |
|
Генерал-майор
Группа: Администраторы
Сообщений: 464
Статус: Offline
| Продолжение
Мы поддерживали отношения со своими товарищами, которые продолжали служить в разведроте, и они рассказывали, что Петляс буквально визжал, когда узнал, что меня представили к награждению
орденом. Ну да ладно, бог с ним.
- Дома знали, что Вы служите в Афганистане?
- Сначала не знали. Всем об этом стало известно, когда я угодил в госпиталь. Родные не могли ко мне приехать, поэтому вместо них в госпиталь приехали родственники, которые жили неподалеку в Самарканде.
- Когда Вы попали домой?
- Как нам и обещали, домой отправили нас всех, кто пришел в бригаду в одно время. Это произошло 26 апреля. Сначала нас отправили в Ашхабад, а оттуда мы перебрались в Ташкент, где сели на поезд, идущий в Оренбург. Ну, а из Оренбурга я отправился домой, где появился утром 1 мая 1982 года.
Война в моей памяти сохранилась на всю жизнь. Даже сейчас, закрыв глаза, передо мной моментально встают все те события, я могу вспомнить все места, где я был, и с кем. Это была совершенно другая жизнь.
- Свои награды Вы получили, находясь в Афганистане?
- Нет, обе награды догнали меня уже в Союзе. В Афганистане говорили, что вот-вот должно что-то прийти, но ничего не пришло. Да и в Союзе они пришли лишь в начале 1984 года. Я про них уже и не думал, лишь дома сказал, что представляли к наградам. Полагаю, кто-то уже думал, будто я про награды наврал.
А когда они пришли одна за другой, я и сам этому удивился. Причем, первым пришел орден, а вслед за ним медаль.
- Где и как вручали награды?
- К тому времени я работал в линейном Управлении внутренних дел и вручение происходило в актовом зале Управления.
Приехали из военкомата, собрали всех, кто был, вручили награду и сказали несколько слов, попросив по этому поводу сильно не пить.
Когда пришла вторая награда, в торжественной обстановке ее не вручали, поэтому я просто получил ее в военкомате из рук нашего военкома.
Однажды на День Победы я решил надеть свои награды, но услышал от других людей упрек в том, будто нацепил отцовские награды.
То есть буквально слово в слово повторилась ситуация, которую описал в своем стихотворении “Ордена не продаются” ветеран афганской войны Юрий Слатов. Меня это здорово задело, поэтому с той поры я долго не носил своих наград.
Равнодушие страшнее войны
|
| |
|
|
